Теодор Резвой: считаю, что каждый человек должен совершить что-то значимое!

«Репортёр»: - Теодор, зачем Вам это было нужно, что Вас побудило пересечь океан?

Теодор Резвой: - Однозначного ответа нет! Причин было много – это и патриотические чувства, и желание проверить себя, самая главная причина – я хочу, чтобы мой сын мог гордиться мной!

«Р»: - Вы находились в океане практически 68 суток. Что оказалось самым сложным для Вас во время перехода через океан?

Т.Р.: - Самым сложным было время адаптации. Это, как правило, неделя, десять дней. У всех гребцов эта адаптация проходит очень сложно…

«Р»: - Когда адаптация прошла, какие сложности ещё были?

Т.Р.: - Весь переход в океане можно разделить на: первое время адаптации; потом человек приходит в себя и испытывает такое… нейтральное состояние; потом он начинает получать удовольствие от океана и того, каким можно увидеть океан изнутри, с лодки, не с большого судна, не с яхты… Это, наверное, не сравнится ни с какими ощущениями!

«Р»: - Теодор, не возникает ли ностальгия, когда Вы смотрите на кадры, снятые во время путешествия?

Т.Р.: - По всем путешествиям возникает ностальгия! Все путешествия потом вспоминаются не один год, какие-то впечатления, может быть, угасают, но память всё равно постоянно требует вернуться туда.

«Р»: - Мы видели надпись на Вашей лодке – «Папе от Димы». Как она появилась?

Т.Р.: - Мой сын во время последнего моего путешествия ездил со мной на отправку в Англию, где лодка ремонтировалась и строилась. Мне он оставил надпись, чтобы в переходе я вспоминал о нём! Она была наклеена прямо на кабине: там, где гребец сидит на лодке спиной вперёд – и там, где гребец спит…

«Р»: - Она принесла Вам удачу?

Т.Р.: - Я не очень суеверный человек, не верю, что какие-то предметы могут помочь или помешать. Просто было приятно смотреть на эту надпись!

«Р»: - Теодор, мы видели, что Вы себя сами снимали на видео, одно из интервью было записано прямо в вашей кабине. Она у вас герметична, отличается от обычных кабин?

Т.Р.: - Лодка уникальна сама по себе, отсеки герметичны – насколько это возможно, кабина расположена в кормовой части, закрывается при помощи лючков, резиновых уплотнений, которые затягиваются – и во время шторма, во время переворота вода туда не попадает…

«Р»: - Ваша лодка – неваляшка? Если она переворачивается – то возвращается в исходное положение?

Т.Р.: - Весь балласт, груз находится в нижней части палубы, а надстройка лодки, кабина – как пузыри воздушные, они позволяют лодке восстановиться!

«Р»: - Трудно было грести?

Т.Р.: - Знаете, у меня дача была на Каролино-Бугазе… С раннего детства у меня была лодка – и эти движения, упражнения были не столь сложными. Поэтому не возникало с этим никаких проблем!

«Р»: - А сколько времени Вы уделяли гребле и сну во время путешествия?

Т.Р.: - Чем хороши одиночные виды спорта – так это тем, что всё делается по настроению! Обычно я просыпался до рассвета и в течение дня мог сделать себе перерыв – на полчаса или на пять минут… А в какие-то дни было жарко, и я вообще не грёб… Было несколько дней таких, я отдыхал в кабине, а потом ночью мог грести.

«Р»: - Встречались Вам на пути ураганы, штормы?

Т.Р.: - К сожалению – да! Есть дыхание океана, как я это называл, большие холмы, которые ходят по океану, они действительно огромны, они могут быть величиной с пятиэтажный дом, но они очень пологие, очень широкие и они не опасны. Но вот по ним уже бегут волны, которые опасны для такой лодки. Я то поднимался на этот холм и видел горизонт, то опускался и практически ничего не видел. Штормы были, и перевороты были…

«Р»: - А где Вы находились во время шторма? В кабину спускались?

Т.Р.:- Это маленькая лодка, поэтому я заползал в кабину и пережидал этот шторм. Все гребцы так делают, потому что на палубе находиться весьма опасно.

«Р»: - У океанских путешественников, насколько мне известно, существует закон о том, что не пристегнутым быть нельзя. Почему?

Т.Р.: - Для одиночного гребца – это правило номер один, потому что если волна смоет гребца за борт, то догнать лодку будет практически невозможно. Какой бы ни был хороший пловец – догнать лодку очень сложно. В «двойках» то же – гребцы всегда пристёгнуты, есть специально натянутые стальные тросы, также одеваются системы, как у альпинистов, и пристегиваются к этому тросу.

«Р»: - Какая у вас была связь с землёй?

Т.Р.: - У меня был спутниковый телефон. Я ежедневно разговаривал с родными, с друзьями. Говорят, что был даже слышен плеск волн, бьющихся о борт лодки… В «двойке», конечно, веселее идти, и адаптационный период легче вдвоём переносить. Одиночке сложнее, но как-то так сложилось, что я пошёл один. В следующие переходы я хочу эту «цепочку» продлить, потому что категория одиночная – и, как накопление, идут все океаны, и если мне удастся стать первым человеком, который в одиночку пересёк все океаны, – а Украине первой такой страной в мире, – это моя мечта номер один!

«Р»: - Теодор, Вы в 2001 году совершили переход через Атлантический океан, затем Вы попытались пересечь его в обратном направлении. У Вас также была попытка пересечь Индийский океан. Я знаю, что две последние попытки Вам не засчитали, почему?

Т.Р.: - Вторая попытка пересечь Атлантику с запада на восток была очень кратковременной, там я был буквально пять дней, а при переходе через Индийский океан прошёл всего две тысячи километров, это расстояние не было засчитано, как пересечение океана. Я был в океане 20 дней.

«Р»: - Вы находились в Атлантическом океане 68 суток, сопровождали ли Вас морские животные? Если да – то какие, как Вы с ними общались?

Т.Р.: - В Атлантике было больше живности, чем в Индийском океане. Естественно, было очень много рыбы, я бы выделил летучую рыбу и дорадо. Дорадо ходили парами рядом с лодкой, иногда целую ночь!

«Р»: - Я знаю, что летучие рыбки запрыгивали к вам на борт, да?

Т.Р.: - Это тоже из правил моря: любое судно должно оставлять огонь, топовый огонь – чтобы издалека видно было. У меня даже на маленькой лодке был огонь и, возможно, летучая рыба шла на свет или убегала от хищника, падала на палубу – и там оставалась. Благодаря этой маленькой рыбе я ловил более крупную рыбу, потому что я надевал её утром на крючок в качестве наживки – и ловил тунца.

«Р»: - Как Вы её готовили, в каком виде Вы её употребляли в пищу?

Т.Р.: - Я не тратил много времени ни на жарку, ни на варку, я всю рыбу потрошил, оставлял на палубе, заливал лимонным соком, солил – и через пару часов она была готова.

«Р»: - Вы ещё рассказывали, что видели какой-то странный свет во время путешествия. Что это был за свет? Расскажите эту историю!

Т.Р.: - Это было посреди Атлантики. Как раз в тот момент, когда я ночью грёб, – не знаю почему я посмотрел на верх – и увидел какой-то огонь, который достаточно быстро перемещался, потом он начал набирать высоту – и без звука куда-то ушёл…

«Р»: - И как Вы полагаете, что это было?

Т.Р.: - Я верю в неземное существование, возможно, это нечто из этой области…

«Р»: - А Вы кого-то встречали во время путешествий?

Т.Р.: - Было несколько встреч с яхтсменами, одна встреча была с одиночным яхтсменом из Австрии, наверное – самая тёплая дружественная встреча… Я увидел яхту, которая шла точно за мной по курсу, вышел с ней на связь. Как правило, радиосвязь не включают, пока не увидят другое судно. Когда уже стемнело, я посветил фонарём, мы вышли на связь, поговорили, он подошёл поближе, мы обсудили, кто куда идёт. Я сказал, что иду на Барбадос, это как раз было посреди Атлантики, он сказал, что это ещё неделя. Я ответил: нет, это ещё месяц, я же не на яхте плыву, а на лодке! Он сначала не мог понять, а когда подошёл ближе, увидел и всё понял! Он предложил мне холодного пива, мы с ним выпили по баночке – и он пошёл дальше…

«Р»: - Я слышала, что Вас даже принимали за контрабандиста?

Т.Р.: - Да, во втором переходе была встреча с американскими военными. Это сложная история, я не люблю её рассказывать… Мне нужна была небольшая помощь по ремонту лодки. Судно американское, оно обычно курсировало около берегов Флориды, а оттуда, в основном, все контрабандисты попадают в Штаты…

«Р»: - Насколько я знаю, Вас сопровождали птицы в океане…

Т.Р.: - Моряки всегда знают, что приближается суша, когда видят птиц. Со мной птицы были ежедневно в Атлантике, да и в Индийском океане. Некоторые ночевали на палубе, во время шторма им очень сложно на воде ночевать.

«Р»: - Теодор, находиться 68 суток в океане и не видеть землю – это уникально! Чувствовали ли Вы запах земли во время путешествия?

Т.Р.: - Запах земли – это самое яркое впечатление на финише. Когда я подходил к Барбадосу, 27 дней я не чувствовал запаха земли. Я огибал Барбадос с подветренной стороны – и ветер донёс до меня запах земли, это было после дождя. Я как сейчас помню этот запах, он ничем не примечателен, это сырость, запах почвы и каких-то опавших листьев, но он очень запомнился!

«Р»: - Какие качества помогли Вам пересечь океан?

Т.Р.: - Наверное, некая самодостаточность, спокойствие… Даже моё увлечение нецке требует усидчивости, спокойного характера…

«Р»: - Это океан Вам покорился – или Вы его покорили?

Т.Р.: - Знаете, как у нас говорят, океан нельзя покорить, океан может позволить пройти, а может не позволить. Мне – позволил!

«Р»: - Что Вы сделали первым делом, когда сошли на берег?

Т.Р.: - Если говорить о первом переходе, то сначала я поцеловал жену. Она приехала встречать меня – и несколько часов она была, в прямом смысле, поддержкой мне, потому что ходить после двух месяцев в океане на маленькой лодке очень сложно – не в плане физической нагрузки, а работы вестибулярного аппарата. Первые часа четыре я не мог стоять ровно, потому что меня несло на какую-то стенку! Когда я сошёл на берег, я зашеё на таможню, мне надо было подписать декларации – и, выходя, я просто не вписался в дверной проём! Действительно, было сложно ходить!

«Р»: - Вы так часто и подолгу находитесь в океане! Как к этому относится Ваша семья?

Т.Р.: - Помогают мне. Жена мне аптечки собирает, вещи, решает какие-то организационные вопросы, потому что сложно всё запомнить и успеть.

«Р»: - А рискнули ли бы Вы взять с собой семью в путешествие? Маленького ребёнка я не имею в виду…

Т.Р.: - Ни за что, никогда!

«Р»: - Почему?

Т.Р.: - Очень страшно, когда ты в океане. Мы с вами говорили по поводу того, что гребцы всегда пристегнуты, но когда на секунду приходят в голову мысли, что кто-то из твоих близких может выпасть в океан… В общем, никогда своих я не возьму!

«Р»: - Насколько мне известно, у Вас есть сертификат Книги рекордов Гиннеса!

Т.Р.: - Да, есть. Буквально месяца три назад я прилетел из Лондона, где мне вручили сертификат Книги рекордов Гиннеса – первому представителю от бывшего Советского Союза, который пересёк какой бы то ни было океан планеты на лодке.

«Р»: - Ваши родственники – также не простые люди, портрет одного из них висит в Эрмитаже. Не думали ли Вы, что секрет Ваших успехов кроется в генетике?

Т.Р.: - Не знаю, может быть, не столько в генетике, сколько для меня очень было важным, на тот момент, когда я пошёл в первый поход, я оглядывался на прошлое, на своих отца и дедов, думал о том, что нужно что-то сделать серьёзное… Я знаю своих предков по отцовской линии до девятого колена, все они послужили Отечеству и сделали что-то серьёзное в жизни.

Р: - Вы захотели, чтобы Вас тоже запомнили?

Т.Р.: - Я считаю, что каждый человек должен оставить след в жизни. Если человек прожил и никто не помнит, что такой человек существовал, – это грустно.

«Р»: - Не могу не спросить о финансировании. Такие переходы – явно не дешёвые. Сколько они стоят, кто Вам помогает?

Т.Р.: - Это самый больной вопрос. И самое печальное, что эти суммы нельзя назвать астрономическими. И сейчас моя мечта – чтобы Украина стала первой страной в мире, чей представитель пересечёт все океаны планеты в одиночку. Это зависит всего лишь от денег – и достаточно небольших сумм! Трудно было и с первым переходом… Я приходил к любому спонсору, а многие люди и не слышали об океанских переходах, это сейчас об них широко известно. А раньше это выглядело так, что городской сумасшедший ходит по фирмам и просит денег на что-то совершенно непонятное.. В переходе 2003 года было немножко полегче, тогда я обращался к государственным чиновникам, было проще…

«Р»: - Свою мечту совершить ещё один переход Вы не оставляете?

Т.Р.: - Да, коль будут спонсоры – Украина будет первой!

Беседовала Татьяна Макаренко.

---

Внимание! Обнаружив ошибку или неточность в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter. Далее следуйте инструкциям. Редакция сайта заранее благодарит всех бдительных читателей!