«Крым Путь на родину». Кино массового поражения

Он неизменно вызывает эмоции: им либо восхищаются, либо возмущены, но равнодушных практически не остается. Нашумевший фильм «Крым. Путь на родину» снят к годовщине подписания так называемого «Акта о вхождении Крыма в состав Российской Федерации».

С момента отключения на полуострове украинских телеканалов воздействие на умы крымчан со стороны российских СМИ стало безальтернативным. Новый фильм был, видимо, призван закрепить годовой успех влияния, а заодно в который раз напомнить всем россиянам о справедливости и праведности их власти. «О новом фильме говорят все и везде - рассказывает крымчанин Максим. – Не поддаться этому практически невозможно. И на работе все обсуждают, и дома. Посмотрел какие-то фрагменты, чтобы хоть понимать, о чем говорят. И знаете, что-то в этом всем есть. Или показано так, что верить начинаешь, хоть вроде бы старался раньше нейтрально относиться ко всем этим событиям».

Ни для кого не секрет, что существуют определенные технологии, используемые для придания информационным сообщениям большей эффективности. Детальное рассмотрение фильма «Крым. Путь на родину» показывает, что количество подобных технологий тут просто зашкаливает. Приведем конкретные примеры.

В центре всего действа – Президент Путин. Он открыто беседует с журналистом, отвечает на вопросы, излагает факты последовательно и, на первый взгляд, абсолютно логично. Если смотреть фильм, не прерываясь, цепочка рассуждений, подкрепленная видеорядом, волей-неволей затягивает. К тому же отдельные, казалось бы, незначительные, детали еще больше располагают зрителя к харизматичному лидеру: вот он, улыбаясь, берет чашку не с той стороны, не за ручку. Мелочь, а ведь насколько она важна. Зрителю дают понять, что перед ним не только Президент, вершащий судьбы народов, но и простой человек, такой, как и другие, и ничто человеческое ему не чуждо. И потом никто уже не обращает внимания на нестыковки в нынешнем рассказе Путина с его предыдущими заявлениями (например, российский Президент признает, что под видом усиления охраны военных объектов в Крым были направлены спецподразделения ГРУ и десантники) А еще все безоговорочно верят в абсолютную законность аннексии Крыма. «С точки зрения украинского закона – комар носа не подточит», - говорит Путин, и ему верят, даже если референдум на полуострове прошел вразрез с украинскими законами.

Следующая технология, широко используемая в фильме – «демонизация» врага. Суть ее состоит в наделении противоположной стороны конфликта чертами, вызывающими страх. В ходе повествования важную роль играет реконструкция определенных событий. Путин говорит о преследованиях крымчан-антимайдановцев и тут же зритель видит жуткое зрелище: ночь, украинские «националисты», сопровождаемые громогласным собачьим лаем, с факелами преследуют несогласных. В этом фрагменте используется еще один метод влияния – апелляция к инстинктам и эмоциям. Разберемся в этом поподробнее. 

Многие моменты фильма ориентированы, прежде всего, на эмоциональное восприятие, а никак не на рациональное осмысление. Причем негатив соседствует с позитивом, что позволяет достичь сильнейшего эффекта. Вот на экране страшные украинцы гнобят и убивают крымчан, стреляют в лоб, предварительно накормив битым стеклом, а через несколько минут перед зрителями предстает мирный современный Крым, счастливые лица женщин и детей. Не зря ведь социальные сети переполнены комментариями вроде «Я плакал от ужаса, а потом от счастья». Технология сработала на ура.

Давно и целенаправлено введенные в лексикон россиян слова вроде «бандеровцы», «фашисты», «нацисты», «националисты» также широко используются и здесь. А ведь это простой и действенный метод информационной борьбы – наклеивание ярлыков. «Я не хочу, чтобы мою родину захватили фашисты», - проникновенно вещает крымчанин. Действительно, а кто бы хотел?

Дальше следует уже ставшая традиционной для российских СМИ и политиков подмена понятий. Путин в который раз объявляет Крым исконно русской территорией, потом его слова подтверждает местный житель, говоря: «Этот воздух, эта земля – в наших генах». Чего стоит заявление севастопольца о том, что это не Россия захватила Крым, а Крым находился под захватом Украины все предыдущие годы. А еще пресловутые «вежливые люди», окруженные обнимающими их счастливыми детьми. Но ведь на самом деле это были самые настоящие солдаты, вооруженные до зубов и готовые убивать. Апогеем логических подмен становится высказывание Путина: «Моряки пытались сохранить верность украинской присяге, но непонятно кому они присягали. Легитимного Президента свалили. Государства нет».

Примечательно то, что, стремясь данным фильмом повлиять на широкую аудиторию, создатели упускают моменты, никак не стыкующиеся между собой. Одновременной апелляцией, как к советскому, так и монархическому прошлому грешат в России не в первый раз. Вот зрителю сообщают, что незаконная киевская власть дала указание снести памятник Ленину в Симферополе. А вот уже сам Путин, аргументируя «российскость» Крыма,  говорит о тесной связи с полуостровом царской семьи. Чуть позже внимание акцентируется на Херсоненсе, истоке православия на Руси. А еще через весь фильм проносится демонстрация картинок крымских храмов. Итог – фильм понравится как закоренелым почитателям советского прошлого, так и глубоко верующим людям.

Всю ответственность за аннексию Крыма Путин перекладывает на его население. «Люди нуждались в защите», «Мы просто дали возможность крымчанам решить свое будущее». И это тоже не просто так. Позитивный образ российского Крыма, так старательно формирующийся в головах зрителей во время просмотра, по задумке должен соотноситься не только с Путиным, но и с каждым из них самих. Людям поясняют, что все хорошо, и это – их заслуга. 

Правильное, по мнению создателей, расставление акцентов, очень важно. Тут ведь никто не врет. Просто захват здания Совета Министров Крыма называют мирным, а захватчиков симферопольского аэропорта – героями-спасителями, тогда как выступление несогласных татар – возмутительным срыванием сессии нового парламента. Тут возносят военных, перешедших на сторону России. В то время, как верных украинской присяге называют националистами и приспешниками майданной власти. 

Участие США в событиях на Майдане упоминается редко. Возможно, в России, наконец, поняли, что убеждение «Во всем виновата Америка» уже и так достаточно засело в головах населения. Однако возможности в очередной раз утвердить российское превосходство над заокеанским врагом создатели фильма не упустили. Зрителю в красках описывается случай «трусливого бегства» эсминца НАТО от российских ракет и самолетов. И тут же сообщается о поступавших Путину советах использовать сразу всю военную мощь для демонстрации готовности к обороне, что мудрый лидер, разумеется, пресек твердой рукой (еще одна доносимая идея – Россия за мир).

Мелкие детали, отыгрывающие в фильме едва ли не ключевую роль и уже упоминавшиеся в этом тексте, присутствуют повсеместно. Например: крымский байкер рассказывает о захвате украинского генерала, а на заднем сидении джипа - детское кресло. «То есть тут вот сидел украинский генерал, а теперь стоит детское кресло? Это для кого?» - интересуется собеседник байкера. «Для дочки. После победы решились на еще одного ребенка», - отвечает счастливый отец.

Лиц, сыгравших ключевую роль в так называемой «Крымской весне» возводят в ранг народных героев. Например, первый при новой власти генпрокурор полуострова Наталья Поклонская предстает перед зрителями одновременно как решительной и смелой противницей «киевских нацистов», так и хрупкой, первой в истории Крыма женщиной-прокурором, на которую уже было совершено несколько покушений. Сложно представить, кто еще мог так выгодно вписаться в концепцию героя.

Россию и россиян создатели фильма настойчиво представляют героями, нацией, осуществляющей на Земле поистине провиденциальную миссию. «Севастополь, в котором было пролито много русской крови, хотели сделать городом славы Бандеры», - сообщает представитель мото-движения «Ночные волки». Не будем обращать внимание на вторую часть высказывания, откровенная абсурдность которой не вызывает сомнений. А вот утверждение, что в Севастополе лилась только лишь русская кровь, интересно. И, видимо, не только в Севастополе. По плану российской стороны в умах людей должна появляться, возможно, еще не столь сознательная, но уверенность в том, что во Второй мировой победила именно Россия.

В некоторых моментах фильма самоуверенность российских властей поражает. Путин открыто заявляет: «Против одного офицера, не желавшего принимать российскую присягу, планировали использовать силовые методы. Но потом решили пустить к нему ветеранов, и уже вскоре он написал рапорт об увольнении из украинской армии». Президент открыто признает как силовые, так и психологические методы давления на украинских военнослужащих. О том, почему подобные заявление появились в этом фильме, а также о других его особенностях рассказала доктор филологических наук, специалист по массовокомуникационным технологиям Наталья Кондратенко.

«Многие высказывания Путина тут действительно могут вызвать резонанс – признание наличия в Крыму российских войск, психологические методы давления. Нужно это для того, чтобы показать как россиянам, так и миру: российский лидер может делать все, что считает нужным. Декларируется безграничность власти и отсутствие кого-либо, способного на это повлиять. Он устанавливает правила. Он великий лидер великой страны. С другой стороны, в фильме, в который раз используется подача Путина, как «своего парня». Кроме власти и своеобразной безнаказанности за свои действия, он объединяет в себе еще и черты простого человека, не гнушающегося стилистически сниженной лексики, которую хорошо воспринимает массовая аудитория.

Цель фильма – агитация, без претензии на информативность. Потому повсеместно используются широкоизвестные методы воздействия, например замена фактической информации декларативной, мифологической. Понятие «национализм» соотносится и даже заменяется понятием «нацизм», атрибуты фашизма (будь то собаки или факелы) приписываются украинцам. Эксплуатируется тема Крыма, как исконно русской территории. Картина, как и все российское телевидение сейчас, опирается исключительно на эмоции, инстинкты: страх за себя и своих близких, смерть – это то, что заставляет отключить рациональное восприятие. А использование детей еще больше усиливает эффект. Однако примечательно, что в «Крым. Путь на родину» уже нет откровенно абсурдного «киселевского» сгущения красок. 

Мне кажется, недостаток фильма, с точки зрения манипуляции, - его длительность. Далеко не каждый обычный россиянин будет внимательно смотреть картину, длящуюся больше двух часов. Однако продолжительности тоже можно найти объяснение – возвращение Крыма для России – это масштабный, исторически важный, монументальный процесс. Показать это в коротком ролике было бы как-то странно. К тому же, как в Крыму, так и в России есть еще люди, не определившиеся с отношением к этой ситуации. Еще одна задача фильма - объяснить как можно подробнее, аргументировать действия России даже для тех, кто предпочитал находиться в стороне».

---

Внимание! Обнаружив ошибку или неточность в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter. Далее следуйте инструкциям. Редакция сайта заранее благодарит всех бдительных читателей!