Большинство искусствоведов писали свои тексты о портретах Каминского, но художник в первую очередь был представителем «Южно-русской школы живописи». Причем «по прямой линии»: как ученик Эберса, который, в свою очередь, ученик самого Кириака Костанди.
Суббота была днем пасмурным. Пасмурным-припасмурным и дождливым. Знаете, такой мелкий, моросящий дождь в темный день. Однако, взойдя на вернисаж в галерею «Муза», день преобразился. Зритель, вдруг, оказывался посреди тепла и света. Едва ли не радости. Причем свет излучали полотна.
Можно по-разному относиться к «Южно-русской школе живописи», но тот дивный эффект полотен Эммануила Каминского, обратившего «открытие выставки» в вернисаж, невозможно отвергать. Что было как чудо.
Заставило вспомнить художника, уже 4 года как «ушедшего от нас», скромного, сдержанного и… выразительного в своем творчестве.
Семья Эммануила Каминского, которая и организовала выставку, вспоминала супруга, отца и деда, его необычайное трудолюбие. Ученика самого Эберса.
Манера письма живописца сочетает широкий экспрессионистский мазок открытого цвета и паралельного использования сложных красочных замесов. Где визуальная условность деталей отыгрывается в поверхностях.
Но это все равно импрессионистично, здесь, в галерее «Муза» отыгрывается целая палитра настроений, но общий настрой – это позитив.
Любопытен сам круг визуального интереса художника: Каролино-Бугаз, деревни Черкащины, легендарный Седнев, промышленные районы; но и местные ситуации. Более того, у Каминского даже цветы правдивы.
А вот груши беспокоят. Они аморфны и скульптурны.
Эти 27 полотен способны повествовать о той жизни, времени и самом художнике.
Выбор учебного заведения – задача не менее ответственная, чем выбор самой профессии. Но не менее важно выбрать факультет и определиться с будущей специальностью, которая соответствует всем чаяниям и требованиям абитуриента.
Все интервью