Правда ли, что гибнет украинский язык и причем здесь русский?

11.01.2013 в 16:26:58
Общество
1 12

Политические дрязги нашего городка вновь закружились вокруг «главной» манипулятивной проблемы эпохи Независимости — места украинского языка и культуры в жизни нашей страны. Действительно, вопрос непростой и ответы на него существуют самые разные. Печалит, что активными сторонниками той или иной концепции не всегда являются культурные и попросту адекватные люди. А значит, вновь оживают мифы о «хохлах» и «оккупантах». Начинается грязная политика. Мы же попробуем разобраться в теме честно и конструктивно. 

Язык, который убегает 

В ХХ веке ареал украинского языка значительно сократился, число его носителей и доля говорящих — упали. Тенденция продолжается до сих пор, несмотря на то, что большинство граждан нашей страны осознают себя украинцами, а родным языком при опросах называют именно украинский. 

Многими положение родного языка воспринимается очень остро, поэтому вопрос «почему так случилось?» был, есть и будет очень важным. Нет смысла повторять все исторические и политические мифы. Следует отвлечься от заангажираванных «фактов»  и посмотреть на структуру проблемы. Условия функционирования языка в историческом прошлом покажут нам, как он оказался в нынешнем положении. Кроме того, мы сможем выяснить роль «враждебных» факторов в его развитии и сделать прогноз на будущее. А затем уже предстоит решить — чем помочь украинскому языку и как не обидеть русский. 

Часть первая: Великое поглощение

1.  Создание «городского фильтра»

С появлением массового образования и книгоиздания ключевую роль в развитии культуры любого народа играет город. Это не обязательно большой город вроде Лондона или Санкт-Петербурга. Город — это сочетание умов и талантов, которые соперничают и взаимно обогащают друг друга. Тусовка, конкуренция, спрос на культурные ценности — это то, что обеспечивает гению реализацию, а языку — значение и жизнь. Абсолютно очевидно, что Гоголь, которым он стал в Санкт-Петербурге, и тот же Гоголь, если бы он остался в Сорочинцах и даже Полтаве, это две большие разницы. 

С городами в Украине (здесь и далее говорим о ее «восточной части, не охватывающей такие специфические регионы, как Галичина и Крым) изначально не сложилось. Когда на Русь напали татары, торгово-ремесленные центры запустели. Многие люди разбежались по хуторам, ушли на северо-восток. Многие погибли. Государство как таковое, с развитым бюрократическим аппаратом и машиной подчинения, стало вновь возникать здесь только к концу ХVI века. К тому времени Украина была страной крестьян. Конечно, был Киев со знаменитой Лаврой, а затем и Острог с Академией, но массовой среды, где бы «вертелась» развивалась, и, главное, потреблялась культура — не было. 

Отсутствие «буржуазной» среды, которая могла бы стать опорой для государства, привело к тому, что польские магнаты стали активно создавать в Украине еврейские поселения. Исторически евреи были оторваны от земли. Они несли с собой культуру торгового обмена и капитала, специализированного и высококачественного ремесла. Из-за религиозных и некоторых мировоззренческих различий местное население не всегда было в восторге от пришельцев. Они выступали как опора власти польских, а затем и местных магнатов. Но сегодня мы можем сказать, что с евреями шли «европейские ценности» и «рынок» в том виде, как их понимали 400-500 лет назад. А вот село продолжало жить в тысячелетней системе ценностей земледельцев, приправленной Православием. 

Итак, между 1500 и 1650 годом Украина покрылась сетью торгово-ремесленных городков с преимущественно еврейским, а также украинским, польским и немецким населением.  Учитывая неустойчивое положение евреев (без протекции государства они могли быть растерзаны как иноверцы) и этническое многообразие городков, появилась тенденция: люди должны были знать много языков, и в особенности — государственный. Сперва это был польский, впоследствии — русский.

 2.   Русский для всех 

К концу XVIII века, когда на наших землях утвердилась Российская империя,  городская жизнь Украины по-прежнему находилась в зачаточном состоянии. Киев имел 30 тысяч жителей, Нежин —  12, Каменец-Подольский — 10, Полтава  и Чернигов — по 6-7 тысяч. Лишь 2% населения страны проживало в городах. Именно с этой стартовой отметки начался стремительный подъем. 

Население каждого из городов в разной степени состояло из трех основных категорий. Крупнейшая — еврейское население — отличалась стремительным ростом. По данным Ореста Субтельного, только с 1820 по 1880 год число евреев выросло в 2,5 раза, тогда как в целом население Украины увеличилось на 85%. 

Вторую категорию составляли  аристократия и интеллигенция. Паны, чиновники, офицеры, духовенство, учителя — все они были государственными людьми, которые в деловой жизни использовали русский язык. 

Наконец, третья категория — выходцы из села. Они могли остаться грузчиками или стать предпринимателями, могли сохранить фамилию Ткаченко или же сделаться Ткачевыми.  Этот класс постоянно пополнялся, но, в силу социальной мобильности, так и не стал преобладающим. Поэтому к 1897 году, который Украина встретила с незавидной долей урбанизированного населения в 14%, города по большей части оставались неукраинскими. 

Позднее это привело к тому, что многие жители Киева, Харькова, Одессы и даже менее значимых центров стали ярыми противниками украинизации. Горожане были меньшинством на фоне тысяч украинских сел, но все же на своей территории они не привыкли воспринимать украинский язык на равных.  Не приходится говорить и о том, какой большой шаг сделала в ХІХ веке литература, искусство, наука. В силу общественного устройства в этих сферах решительно преобладал русский язык.  И вовсе не потому, что «украинский не способствует мышлению» — язык государства и правящего класса обещал творческому продукту более широкий выход.

 3.  Язык контакта: На учебе, на заводе, с девушкой

Подобная тенденция сохранилась и при Союзе. Что бы не говорили о Сталине, Хрущеве и Брежневе, а городской фильтр, сформированный на базе русского языка и мощной культуры, пропускал поколение за поколением. Города удвоили свое население  с 1926 по 1940 год, затем еще раз — с 1951 по 1973. Кино, образование и даже личное общение — все привело миллионы людей к тому, что первым языком для них стал русский. И еще более выражена эта тенденция у поколения их детей. 

В большинстве случаев украиноязычный ребенок может сформироваться в семье, где оба родителя говорят по-украински. Если же один из них говорит по-русски, то и большая часть домашнего общения проходит на нем, как на доминантном языке среды. Вероятность того,  что украиноязычный человек вступит в брак с таким же — невелика. Вот и выходит, что язык медленно исчезает из многих городов. 

Нас не должны обманывать украинские бабушки — это поколение вскоре уйдет в прошлое. И точно так же не внушают оптимизма немногие студенты из сел и городков — они попросту еще не русифицировались. 

Было бы неверно считать, что такая русификация — исключительно насильственный процесс. Приведу пример:  недавно был на дне рождения одного очень заслуженного человека, строителя. Он и его друзья приехали в Одессу из сел в конце 50-х и говорили по-украински, либо на суржике. Теперь же они живо общались именно на русском, смешно поокивая. И это, кстати, очень патриотичные люди. Большинство из них не поддержит на референдуме двуязычие, а при переписи в графе «родной язык» укажут украинский.

 

Часть вторая. Кто виноват и виноват ли кто-то?

 1.    «Держава-нація» как способ убийства 

Патриотически настроенных украинцев очень беспокоит тот факт, что их родному языку неоднократно мешали развиваться. Валуевский циркуляр, Эмский указ — это  только начало вереницы запретительных, предупредительных и скрыто дискриминационных документов, увидевших свет с 1863 по 2012 год, не исключая и времени правления патриота Ющенко. Но особенно обижает украинцев хрестоматийная фраза о том, что нашего языка «не было, нет и не будет». В разных вариациях ее повторяли не только  правители-шовинисты, но и многие крупные мыслители, писатели и даже крупные языковеды, вроде всемирно известного Александра Потебни. 

К таким заверениям следует относиться спокойно. При наличии малейших расхождений в лексике, грамматике и фонетике вопрос независимости языка на 90% определяется политическим мировоззрением. 

Хорошо известно, что до внедрения массового образования итальянцы Сицилии не понимали не то, что жителей Пьемонта, они даже с соседями-калабрийцами не во всем находили общий язык. Итальянцы и сегодня идентифицируют себя по региону, а родная страна для них сродни СССР. Тем не менее, для нас все они — итальянцы, подобно тому, как для необразованного немца украинцы — это русские. 

Просвященная Франция едва не угробила свои национальные языки. Окситанский, провансальский и арпетанский считались диалектами и начали преподаваться в школах только в 70-х годах. При этом они куда ближе к итальянскому и каталонскому и совсем не похожи на привычный французский «ланг д’ойль». Это — «ланг д’ок» и именно он еще в ХII веке породил «французскую» светскую литературу. 

Германия выбрала своим языком саксонское наречие, на котором писал свои труды Мартин Лютер. Но есть, например, платтдойч — нижнемецкий язык. Голландский — это диалект нижненемецкого. Тем не менее, любой школьник скажет вам, что существуют языки голланский и немецкий. Нижненемецкому нет места в нашей системе знаний, как нет места суверенной Саксонии на карте Европы. А ведь это очень древний язык, на котором в средние века была создана мощная литературная традиция. Его ареал охватывал добрую треть современной Германии. Теперь услышать платтдойч можно только в глухих селах, а также в Саратовской области России, куда немцы переселились при Екатерине и где до 1941 года существавала их автономная республика.

Любопытно, что сегодня наши украинские национал-патриоты носятся с идеей «государства-нации». При этом подразумевается, что если во Франции языком государства является французский, то в Украине таковым должен быть только украинский. К сожалению, они не задумываются о том, что именно эта идея повинна в фактическом исчезновении десятков древних и культурных языков Европы и именно ее взяла на вооружение Российская империя, считая украинцев – русскими.

2.      Немного о запретах

Правда, ни одна цивилизованная страна Европы не считала уместным запрещать общение и театральные представления на своих «наречиях». И уж тем более в серьезной парижской газете своих окситанцев не называли «скотами» и «холопами». А ведь такие эпитеты не редкость на страницах российских изданий. Грешил ими даже знаменитый Виссарион Белинский, чьим именем в Одессе названа улица. 

Что касается запретов на функционирование языка, то единственной коллегой России оказывается Португалия.  В 1758 году официальный Лиссабон запретил использование в Бразилии местного лингва-паулиста-жерал. Эта смесь языков индейцев тупи, гуарани и португальского просуществовала до 30-х годов и исчезла под натиском эмиграции. Отметим, что на лингва-паулиста не писали книг, не издавали газет, не читали церковную службу.

3.   О роли Сталина, Гитлере и телевизора

Итак, ослабление позиций украинского языка на большей части территории Украины — исторически обусловленная тенденция, а винить во всех бедах Россию неправильно. Мы не сумели создать своего государства, а наше национальное самосознание оказалось не на столь высоком уровне, чтобы противостоять соблазну приобщиться к мировой державе, мировой литературе, кинематографу, науке. Тем более, что огромную часть этого достояния создали украинцы. 

К слову, было бы грешно винить людей в том, что они «сдали» язык. Развитие средств информации и коммуникации предполагает, что там, где смешиваются народы, рано или поздно оказывается один победитель. Самая большая когорта американцев — немецкого происхождения, бразильцев и аргентинцев — итальянского. Но мы ведь знаем, на каком языке говорят в этих странах. 

Также мы знаем, что в Западной Украине люди относятся к родному языку с большей серьезностью. Но не стоит забывать, что Гитлер уничтожил там почти миллион евреев, а Сталин депортировал многочисленных поляков, заменив их на выселенных из Восточной Польши украинских крестьян. Так благодаря двум страшным тиранам территория от Буга до Збруча стала однонациональной. Пожалуй, именно это сыграло важнейшую роль в том, что в Западной Украине наш язык чувствует себя достаточно комфортно. 

А вот в большинстве других регионов происходит явное вытеснение. Из поколения в поколение. Многие из нас любят украинский язык, с удовольствием читают на нем книги и смотрит кино. Но вот число людей, употребляющих язык в личном общении — очень невелико. Потому что язык — это привычка. Чтобы люди чаще говорили по-украински дома и с друзьями, нужно нечто большее, чем государственная поддержка и школьная программа. Нужно полноценное языковое и культурное окружение, а также благожелательное отношение русскоговорящего большинства. Нечто подобное развивается сегодня в Киеве, но до регионов пока не дошло.

 

Часть третья: Язык бывает кусачим только от жизни собачей

Итак, положение украинского языка неутешительное. Это значит, что он может и должен рассчитывать на поддержку и особое отношение государства и общества. 

Учитывая политические реалии, этот тезис нуждается в подкреплении. «А не нарушаются ли у нас права русского языка?» — такой вопрос может возникнуть у многих читателей. Отвечу однозначно: нарушаются. Сегодня в Украине нарушаются любые права, и право на язык — не исключение. Поэтому конфликт лежит отнюдь не плоскости одного лишь языкового законодательства. 

Культура, информация, знание  — это товар. Пока их рынок в Украине невелик. Огромное большинство наших сограждан не могут платить часто и много за фильмы, книги, новости или какие-то исследования. В этой ситуации и у нас, и в России происходит неприятный процесс:  при выборе объекта для вложения денег большинство инвесторов делает ставку на «попсу» — то, что потребит наибольший сегмент рынка. А вот специализированный продукт, определяющий индивидуальность человека остается на обочине. Взять те же новогодние шоу. Почти по всем каналам — кремлевская эстрада. 70% зрителей от нее тошнит, но эти 70% в своих предпочтениях делятся на небольшие группы, каждая из которых хочет видеть свое. А продюсер ориентируется на 30%. Именно так он получит максимальную прибыль. 

В кино такой подход выливается в создании блокбастеров и ремейков на советские фильмы, в СМИ приводит к акценту на скандалах и катастрофах. И вот, хорошо раскрученная украинская группа переходит на русский язык и выходит на новый уровень, где их могут выбрать уже не 30 миллионов человек, а 200. При этом миллионы людей лишены возможности получать продукт, адекватный их предпочтениям. Только потому, что кого-то больше и денег у них много. 

Повышение благосостояния наших сограждан во многом нивелирует эту проблему. Если люди будут чаще покупать диски и ходить в кино, то даже в Одессе при возможности свободно выбирать язык сохранится спрос на украинский дубляж. Пусть даже его потенциальной аудиторией будет 10-15% горожан.

Сегодня маленькая Исландия с населением  330 тысяч человек снимает от 2 до 5 фильмов в год, а 9-миллионная Швеция — по два десятка. В то же время, в Украине при 20-30 миллионах носителей языка продюсеры не готовы вкладывать деньги в коммерческое кино на украинском. Развитая экономика, Интернет и стремление уйти от мейнстрима рано или поздно улучшат ситуацию.

В результате, реальной проблемой, которую можно и нужно решать именно сейчас, является… уважение. Социологические опросы показали, что при президентстве Ющенко в Украине на 2-3 процентных пункта снизилось число двуязычных — на фоне некоторых перегибов в языковой политике люди в большей степени обращались к русскому языку, а в больших городах Юго-Востока многие стеснялись родной речи. Сегодня, при бело-голубой власти, напротив, позиции украинского языка во многих слоях населения окрепли.  Тем более, что говорить на родном языке для многих стало способом подчеркнуть свое несогласие с происходящим в стране. 

Также важно отметить, что многие «борцы» за права русского языка занимаются отнюдь не тем, что декларируют. Очевидно, что если бы мозги слушателей и читателей меньше пудрили словами «фашисты», «понаехавшие», «бычий язык» и так далее — у сторонников расширения прав русского языка было бы гораздо больше приверженцев и намного меньше противников.


Внимание! Обнаружив ошибку или неточность в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter. Далее следуйте инструкциям. Редакция сайта заранее благодарит всех бдительных читателей!

Новости Одессы

Интервью

Работа Главного теруправления юстиции: пилотные проекты и планы

В последнее время все чаще мы слышим о взыскании многолетних долгов, выражающихся в астрономических суммах, в частности, это касается алиментов и долгов по заработной плате.

13.09 в 09:28:00|Общество
1 0
Все интервью