Фонтанский интернат — тюрьма для неосужденных

17.02.2013 в 01:45:24
Общество
1 120

Под железные двери Фонтанской общеобразовательной школы социальной реабилитации привела смерть одного из здешних воспитанников — двенадцатилетнего Миши Никитина. Мальчика, по слухам, жестоко избили в душевой, после чего ребенок скончался в детской областной больнице от сложной формы заражения крови — септикопиемии. Историю долго замалчивали. Оказалось, что не случайно — то, что Репортер увидел в стенах интерната, невозможно причислить к проявлениям цивилизованного общества.

В СМИ информация о кончине Миши Никитина попала спустя две недели после происшествия: ни в сводках, ни в официальных заявлениях уполномоченных чиновников не было сказано ни слова. Только личные связи Александра Сибирцева дали возможность обнародовать факт гибели мальчика. Но дальше этого дело не пошло: в школу, как режимное учреждение, журналистов не пускали, комментариев прокуратуры и медиков дождаться не удалось.

Ради справедливости стоит отметить, что на ситуацию очень быстро отреагировали в оппозиции: уже через три дня в Одессу прибыла нардеп Леся Оробец, и только благодаря ее «ксиве» журналисты смогли попасть на прием к руководству школы. Так же быстро получилось связаться в бывшими воспитанниками Фонтанского учебного заведения, которым уже не страшно скрывать подробности существования в интернате.

Сирот пугают «Фонтанкой»

Выпускник Анатолий Семко немного робел и стоял чуть позади. Не привыкший к такому вниманию, он поначалу не знал, что говорить. «Там бьют всех и за все. За любое нарушение, даже минимальное, — говорил молодой человек. — Я думаю, что это неправильно». Потом Анатолий осмелел и уже рассказывал все, что мог вспомнить о своем пребывании в Фонтанской школе.

Анатолий Семко, фото «Сегодня»

«В Украине всех интернатских детей, которые плохо себя ведут, пугают «Фонтанкой». Попасть сюда самое страшное наказание, — откровенничает мальчишка. — Страшнее может быть только интернат в Енакиево. Вот мой знакомый туда попал, Бажанов (имя товарища Толик назвать не смог, - авт.), так ему на первый же день все зубы выбили». Отправляя детей исправляться в подобных условиях идея безрассудная. Система, при которой к порядку детей приучают палкой, никогда не поможет в реабилитации. «Там такая жестокость, что дети еще больше «подвигов» совершают. Их просто учат на собственном примере всего добиваться силой и шантажом», — вторит Семко его друг Максим Тимотин.

По словам ребят, директор школы-интерната Вячеслав Викторович Баранов и его жена Татьяна Сергеевна, по совместительству его зам по режиму лично принимают участие в «воспитании» подопечных. Например, Анатолия руководитель после попытки побега пригласил в свой кабинет и начал разговор с того, что ударил ребенка головой об стол. Закончились воспитательные работы двухдневным заточением в «карцере» или, как его называют работники учебного заведения, «дисциплинарной комнате».

Дисциплинарная комната с августа стоит закрытой

На окнах когда-то были решетки. Сейчас их уже срезали

Кстати, использовать это помещение перестали только в августе 2012 года, получив распоряжение Министерства образования. До этого в холодную синюю комнату без света «приглашали» даже восьмилетних ребятишек. Как объяснила ситуацию Татьяна Баранова, сюда попадали дети, которые совершали грубое правонарушение, такие как побег, драка, жестокое избиение соседа. «Они могли кинуться друг на друга или сотрудника с ножами и вилками», — говорит замдиректора.

Но Татьяне Сергеевне не дал договорить ее воспитанник Анатолий Семко: «Откуда у нас были ножи и вилки. Мы никогда не имели ни вилок, ни ножей. У нас для всего были только ложки».

Замявшись, замдиректора продолжила: «Не забывайте, эти дети направлены сюда постановлением суда на социальную реабилитацию. К ним применены меры принудительного воспитательного характера, и в силу того, что они не достигли возраста криминальной ответственности, их нельзя судить за их проступки по-взрослому».

Последнее утверждение воспитателя заставило задуматься. Получается, детей до 14 лет не положено лишать свободы. Так предписывает закон. И закрывая ребенка в дисциплинарной комнате, посадив его лишь на хлеб и воду, администрация совершает злостное нарушение. Но для сотрудников интерната последней рекомендацией остаются инструкции, а не законодательные документы, которые регламентируют функционирование украинского общества в целом.

Так что вплоть до августа прошлого года в «карцер» попадали мальчишки с 8 до 15 лет. Правда, и тут стоит оговориться: на детей, которых направила в Фонтанскую школу психолого-педагогическая комиссия, по словам Барановой, не распространялись привилегии посещения дисциплинарной комнаты. Этой участи удосуживались только те, кого сюда привозили по решению суда. И опять неувязка: Семко, который побывал в ней, на реабилитацию отправили психологи.

Свой срок (а именно так время пребывания в интернате назвала Татьяна Баранова) дети с девиантным поведением отбывают в постоянном страхе. «Они как будто заучивают все, что им надо говорить посетителям, не важно, их ли это родители, или комиссия от чиновников, — говорит Максим Тимотин. — У меня здесь был друг с Котовска. Он тоже всегда всем говорил: «У нас все хорошо, я занимаюсь в кружке тем-то и тем-то». Здесь такая система, говорить правду, пока учишься, опасно».

Зато после выпуска ребята борются до последнего, чтобы раскрыть глаза обществу на жизнь в интернатах. Анатолий Семко рассказывает, что в школе функционирует определенный устав, который следует беспрекословно выполнять. За любое нарушение ребенок может подвергнуться суровому наказанию. «Если ты неправильно себя ведешь, тут заставляют зубными щетками мыть лестницу с первого по третий этаж. Потом проводят белой салфеткой, и если там грязно, заставляют все перемывать. Опять с первого по третий этаж. До часу ночи можешь так работать. А вставать, по уставу, в семь. Все очень жестко. Миша (Никитин — авт.) тоже, наверное, что-то сказал. Ничего серьезного он сделать не мог. Это же школа закрытого типа, что там плохого можно сделать».

Тут прививают любовь к труду

Татьяна Баранова комментировать предположение своих выпускников отказалась, но на судьбинушку пожаловалась: «Я работаю здесь в таких условиях, за такую зарплату! Мне стыдиться нечего, потому что я сижу здесь днями и ночами с этими детьми и делаю из них людей». Судя по всему, по ее логике, в процессе перевоспитания трудных детей все методы хороши.

Особенно тут приветствуются трудовые наряды. По внутренним правилам, дети должны помогать в уборке территории.

«А скажите, вы у себя дома убираете?» — задала вопрос Татьяна Сергеевна.

«Это же дети! Они котельную вычищать не должны. Это тяжелый физический труд».

«Котельную дети не убирают. Вычищает ее кочегар. А если ребята убрали шлак лопатой, то я не вижу в этом ничего плохого».

«Получается, дети любого возраста должны убирать шлак?»

«Нет, — ответила Баранова, изрядно занервничав. — У нас дети находятся под медицинским наблюдением. Смотрится их граничная норма поднятия тяжестей. То есть, если дети маленькие, они занимаются у нас творческим трудом».

«А траву вырывать на футбольном поле это какой труд — творческий или физический?»

«Это общественно полезный труд», — подытожила диалог с Репортером замдиректора по режиму.

Вообще, этот самый режим в Фонтанской школе стал для гостей наиболее обсуждаемым. Его пересказывали уже далеко за стенами интерната. На специально отведенной доске в комнате, где проходят свидания воспитанников с родственниками, висит несколько аккуратных документов. Так называемых «инструкций» внутреннего пользования. Они-то и запрещают постояльцам то, чем обычные дети занимают свой досуг.

Тут ребятам с нулевым уровнем воспитанности (термин введен администрацией заведения) нельзя заниматься культурной деятельностью, принимать участие в спортивных мероприятиях и школьном самоуправлении. Им также не дозволено разводить комнатные растения и вывешивать картинки с орнаментами. Руководство говорит, мол, цветочными горшками мальчики могут разбить головы друг другу или сотрудникам школы. «Это дети, которые не имеют представления о нормах социальной жизни, не умеют выражаться, которые разговаривают только матом. У нас есть дети, которые спать на кровати не умеют, их достали из подвала и забрали у них клей. Мы разработали систему уровней воспитанности от нуля до трех. Перечисленные запреты касаются нулевого уровня», — пояснила Татьяна Баранова.

Интересное отношение у администрации школы и к прогулкам. По местному распорядку дня, с 11.40 до 11.55 дети выходят на улицу. Однако под прогулкой руководство понимает коллективный поход детей в туалет.

Можно ли считать такие условия существования приемлемыми для реабилитации детей, которые и так уже нахлебались по горло? Даже если они социально неадаптированные? Им нужна помощь взрослых, мудрых людей. Аккуратная помощь, которая не обозлит ребят еще больше, а поможет им начать заново.


Внимание! Обнаружив ошибку или неточность в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter. Далее следуйте инструкциям. Редакция сайта заранее благодарит всех бдительных читателей!

Новости Одессы

Интервью

Сергей  Кивалов: Я иду в мэры Одессы! Я иду побеждать!

По данным соцопросов, проведенных Киевским центром реформ и развития совместно с ведущими одесскими университетами, Украинская морская партия уверенно проходит в городской совет, а лидер политсилы Сергей Кивалов вышел на первое место в рейтинге кандидатов на пост городского головы.

19.10 в 16:01:00|Политика
1 0
Все интервью