Покушение на Одессу: планы реконструкции города в 60-70-е годы

04.08.2011 в 10:41:45
Общество
1 0

Уникальное архитектурное наследие Одессы не раз оказывалось под угрозой. И все же, войны, революции, пожары и даже бесхозяйственность коммунальных служб не смогли уничтожить того, что было построено с усердием и любовью. Куда более опасным врагом оказался «квартирный вопрос». Стремясь улучшить свои жилищные условия, одесситы готовы были снести чуть ли не полгорода. К счастью, этого не произошло.

60-е годы — время небывалого социального оптимизма. Люди жили с каждым днем все лучше, комфортней и свободнее. Казалось, прогресс будет вечным, а вместе с ним — ощущение счастья и уверенности в завтрашнем дне.

Главная радость советского человека, даже более важная, чем телевизор, шампунь и модельное платье — это собственная квартира. Пускай маленькая, но своя. Рожденные в коммуналках, бараках и общежитиях, люди, наконец, получили право на личную жизнь и тишину.

Неудивительно, что архитекторы той поры во главу угла ставили не качество, а количество, не сохранение старого, а преумножение нового. В городах СССР квартал за кварталом сносилось старое жилье, как считалось, ветхое, неудобное и не имеющее ценности, а на его месте возводились «современные дома с просторными дворами». Это позволило обеспечить жильем миллионы семей и, в то же время, погубило множество памятников архитектуры. Увлечение реконструкцией не обошло и Одессу. И начиналось все с грандиозных планов сноса «всего и вся».

Кого спасать: дома или людей?

Осознавая ценность архитектуры старой Одессы, проектировщики начала 60-х годов разработали программу реставрации наиболее ценных домов. Но она оказалась настолько затратной, что так и не была доведена до конца. Так, капитальный ремонт дома на Старопортофранковской, 143 обошлась в 140-150 рублей за метр, притом, что метр в «хрущевке» стоил на 20-30 рублей дешевле.

Поскольку в те времена соображения экономии имели решающее значение, при подготовке генерального плана Одессы, принятого в 1966 году, намечался уже не ремонт, а снос ветхих домов. Архитекторы той поры не без оснований считали, что дома ХIX века устарели не только физически, но и морально, а потому не могут удовлетворить потребностей советского человека. Много говорилось об их недостатках — тесноте, сырости, плохом освещении, тесных грязных дворах, где нет места для игр детей и отдыха взрослых. Старая застройка должна была уступить современным «высоткам». Несколько небольших 9-12-этажных домов без труда вмещали население целого квартала, а на высвобожденных площадях можно было устраивать скверы, детские площадки, беседки и кафе.

Зелень и свет на руинах истории

Возможность и, как тогда казалось, неотвратимость реконструкции старой Одессы будоражила умы архитекторов. Еще на стадии разработки генплана разные мастерские предлагали свое видение перспектив развития исторического центра: какие кварталы сносить полностью, где ставить единичные здания, а где — сохранять первозданный облик.

В этом плане примечателен смелый проект, разработанный одесским архитектором Григорием Исаевичем Лебединским. В числе прочего, он предусматривал масштабную перестройку вдоль улицы Пантелеймоновской от «Привоза» до самого Французского бульвара. Этот район предлагалось застроить 16-24-этажными домами, причем не только «свечками», но и многосекционными. Например, на месте Свято-Ильинского мужского монастыря на макете Лебединского красуется 200-метровая клюшка. Такие же громадины окружают Старобазарный сквер.

Отдельные «высотки» планировалось возвести вдоль Старопортофранковской, а также на углу Коблевской и Льва Толстого, Софиевской и Конной, Новосельского и Сеченова. Эти места были выбраны неслучайно. Башни послужили бы архитектурными доминантами, возвышающимися над знаковой площадью Советской Армии (ныне — Соборка), а также въездом в город с севера.

Под реконструкцию попадала и улица Ришельевская: еще бы, ведь это была самая оживленная трасса в центре города, соединявшая «Привоз» и вокзал с Оперным театром. Ее непременно следовало «украсить». И Лебединский предложил возвести по сторонам Ришельевской (между улицами Жуковского и Еврейской) огромные жилые башни, которые открывали бы самую элитную часть Одессы.

Интересно и то, каким образом Лебединский решил столь актуальную ныне транспортную проблему: на месте улиц Польской, Осипова и Карантинной архитектор задумал широкий проспект, окруженный парком. Для этого следовало снести окрестные дома и засыпать Карантинную балку. Главная роль в сообщении центра с окраинами отводилась Французскому бульвару. На макете Лебединского он представлен автотрассой со множеством многоуровневых развязок, мостов и переходов. Дорога должна была пройти через парк Шевченко и соединиться с Греческой.

Куда более гармоничный проект подготовили специалисты кафедры архитектуры Строительного института. Они предложили объединить в один квартал участок площадью 22 га между улицами Старопортофранковской, Толстого, Нежинской и Тираспольской, устроив здесь «город-сад», разделенный прогулочным бульваром, в который предлагалось превратить улицу Спиридоновскую. При этом на территории квартала надлежало снести все заборы, сараи и ветхие дома, а также переселить жильцов из подвалов. И все это — за счет строительства нескольких высотных домов, высвобождавших огромное пространство для зелени и света.

Другой проект и вовсе предполагал полную реконструкцию старейшей части города, расположенной между Пироговской, Преображенской и Дерибасовской. И снова — 9-16 этажные дома, кинотеатры, скверы и никакого намека на историю.

Спасительная жадность социализма

Спасли Одессу от перестройки все те же соображения экономии. Центр города был заселен исключительно плотно — в 2-3 раза больше, чем сегодня. Снос квартала предусматривал моментальное отселение как минимум 200-300 семей. И этих людей нужно было срочно обеспечить новым жильем. Следовательно, увеличивалась квартирная очередь.

Кроме того, на закрытых собраниях раздавались голоса защитников старины, которые убеждали, что архитектурное своеобразие Одессы — это всесоюзное достояние, что здесь отдыхают туристы и снимаются фильмы, а потому старый город лучше не только не сносить, но и выбить на его реабилитацию деньги из Москвы. Наконец, расчеты показали, что при поквартальной реконструкции расходы на строительство в центре все равно были значительно выше, чем при освоении окраин — отсюда нужно было вывезти огромное количество стройматериала, притом невостребованного современным строительством, а это деньги, машины, шум, здоровье горожан.

Ввиду этих соображений реконструкцию решили делать поэтапно и точечно, сооружая башни высотных домов на месте ветхих малоэтажек и сохраняя при этом соседние постройки. Именно такую стратегию выбрал утвержденный в 1966 году Генплан. Согласно документу, в центре Одессы должно было появится 35 жилых и административных «высоток». Добрая половина из них так и осталась на бумаге. Например, 12-этажное здание областного управления статистики и гостиница «Варна» на улице Белинского, 9-этажный дом работников управления автотранспорта на углу Большой Арнаутской и Александровского проспекта и так далее.

Город уходит в небо

Первым высотным домом в центре Одессы и в городе вообще стала 16-этажка на Новосельского, 46а, построенная в 1968 году по проекту архитектора Ефима Вайнштейна трестом «Одесстрансстрой». Будучи домом повышенной комфортабельности, он, тем не менее, плохо вписался в окружающую среду из-за своих габаритов и особенно — сплошных линий открытых балконов. Едва заселившись, жильцы стали увешивать их разноцветной стиркой, отчего дом уподобился мачте корабля дураков.

Основное строительство развернулось на окраинах старой Одессы. Так, на рубеже 60-х и 70-х появились 9-этажный жилой дом коллектива завода радиодеталей на Базарной, 1 (174 квартиры), 13-этажный дом аварийно-спасательной службы ЧМП на Белинского, 6 (53 квартиры), ряд административных и жилых построек вдоль улиц Ришельевской, Большой и Малой Арнаутских и Заславского, в том числе и гостиница «Черное море». Жилые дома повышенной комфортности строились из кирпича, что требовало больших затрат труда и времени. Домостроительный комбинат, предназначенный для штамповки секций высотных домов начал работу только в 1972 году. И с этого времени высотное строительство окончательно переместилось на окраины, где было много простора для грузовиков и башенных кранов.

Его величество спецпроект

На заре эпохи высотного строительства влюбленные в комфорт архитекторы 60-х решили «пошиковать», строя здания по вполне буржуазным проектам. Это стало возможным потому, что к концу 60-х годов острый жилищный голод в Одессе удалось смягчить, да и политическая обстановка позволяла расслабиться и подумать о лучших людях страны — артистах, ученых, ударниках и, конечно же, номенклатуре. Но эпоха спецпроектов продлилась всего несколько лет, — в те же годы резко увеличился приток сельского населения, достигавший в отдельные годы 20-30 тыс. человек. Это вынудило планировщиков снова сосредоточиться на строительстве доступного жилья.

При всем разнообразии спецпроектов, один из них по праву можно назвать уникальным. Это 12-этажный дом на Канатной, 29, открывающий перспективу на улицу Еврейскую. Здание окончено в 1971 году, а спроектировал его уже знакомый нам Ефим Вайнштейн. На конкурсе, проведенном горисполкомом в 1969 году, этот проект получил первую премию как наиболее экономичный тип высотной застройки. При этом он отличался необычной для советских домов комфортабельностью и пластичным Т-образным силуэтом.

Квартиры дома рассчитаны на среднюю по численности семью, которой необходимо для нормального проживания 3-4 комнаты. Одна из них запроектирована как общая. Она может выполнять функцию гостиной, а в торжественных случаях – столовой. Кухня занимает 8 метров, как и в более поздних «чешках». Ванная и санузел раздельные. В квартирах много встроенных кладовок и антресолей. Стены кухонь и санузлов были облицованы плиткой.

Особое внимание проектировщик уделил устройству лоджий, которые могут служить местом детских игр: часть лоджии устроена со стороны кухни, откуда можно наблюдать за детьми не отрываясь от работы.

В доме 142 квартиры - по 5-6 на лестничную клетку, а не 4, как в типовых домах. Именно это позволило увеличить жилую и вспомогательную площадь квартир без увеличения материальных затрат. Протяженность дома и количество лифтов сократилось.

Снос неизбежен?

Сегодня необходимость реконструкции не только остается, но и становится все более актуальной. Жилищный фонд устаревает невиданными темпами. Дома, которым всего-то 100-130 лет — разрушаются на глазах. Наконец, прибавился фактор бизнеса, который любой ценой хочет заполучить участок в центре города, даже если приходится платить по 500-700 тыс. долл. за сотку. Поэтому наша задача — следить, чтобы новые здания не нарушали контекста старинного города и подчеркивали его красоту.

Утопические планы советских архитекторов канули в лету. Тем не менее, с 2000 года, когда в Одессе стало бурно развиваться строительство, их идеи стали воплощаться в жизнь. Действительно, в первую очередь были реконструированы площади в районе Привоза и Польского спуска, а «башни» офисных центров появились именно к югу от Преображенской, как подразумевал Генплан-1966.


Внимание! Обнаружив ошибку или неточность в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter. Далее следуйте инструкциям. Редакция сайта заранее благодарит всех бдительных читателей!

Новости Одессы

Интервью

Вячеслав Заховайло: «Динамо» упрется в игре с такой «Барселоной»

Постоянный эксперт «Рейтинга Букмекеров», известный футбольный менеджер и агент Вячеслав Заховайло в эксклюзивном интервью порталу “Рейтинг Букмекеров” поделился ожиданиями от противостояния «Динамо» и «Барселоны» в Лиге чемпионов.

24.11 в 19:01:00|Спорт
1 0
Все интервью